воскресенье, 11 декабря 2016 г.

Зеленополье


Минут через двадцать на уничтоженный лагерь опустилась звенящая страшная тишина. Смерть была повсюду, со всех сторон. Ее было так много, настолько с избытком, что душа воспринимала происходящее без капли эмоций, словно через толстое бутылочное стекло.

Девятнадцать убитых, около трехсот раненых — официальные цифры, которые вошли в сводку. На самом деле включая тех, кто скончался в госпиталях, было намного больше.



Оглушенные взрывами, те кто чудом смогли уцелеть, не воспринимали происходящее. Несколько часов после обстрела Сергей занимался тем же, чем и все, кто выжил под взрывами и огнем. Гасил пожары, вытаскивал раненых и убитых, помогал выводить уцелевшую технику на случай повторного удара. Устав безмерно, пошел шатаясь к своей колонне, о которой вспомнил только сейчас.

Первые три машины остались целы. Дверь открыта. Сергей забрался на подножку «Урала», влез в кабину. В сердцах ударил кулаком по баранке.

Много снято берущих за душу фильмов с яркими, западающими в память картинами. Боец, ползущий со связкой гранат на танк. Бегущие люди с автоматами в плащ-палатках. Политрук Клочков: «Коммунисты, вперед!». Только вот никто из писателей, сценаристов и режиссеров не рассказал о том, что в современной войне восемьдесят процентов потерь приносят бомбардировки и артобстрелы.

А смерть от инфаркта — вполне обычное дело. Подполковник Рожков, точно так же как и сегодняшний пассажир, сидел с невидящими глазами и посиневшим лицом, безвольно откинув челюсть. Не дышал.
Отправить комментарий